Трям! Здравствуйте! Сказка, в которой Медвежонок выдумывает Тилимилитрямдию

Сказки

Содержание статьи

Трям! Здравствуйте! Сказка, в которой Медвежонок выдумывает Тилимилитрямдию

Трям! Здравствуйте! Сказка, в которой великий Медвежонок выдумывает Тилимилитрямдию,
волшебную страну без волков.
Кстати, мультик снятый по этой детской повести сильно отличается от оригинала. Вот как всё было на самом деле…

Глава первая, из которой мы узнаём, что Медвежонок выдумал необыкновенную страну, а у Зайца сегодня день рождения

Посреди ромашковой поляны стоял задумчивый Ёжик, глядел перед собой серьёзными глазами и думал: «Сегодня у Зайца день рождения. Если я подарю ему морковку, он её съест и ничего не останется. Если капусту — тоже… А что, если я подарю ему…»
И тут на поляне появился Медвежонок.
Тили-мили,
Тили-мили! —
пел Медвежонок.
— Привет, Ёжик!
— Привет!
— Слушай! — Медвежонок встал на голову. — Я целую страну выдумал — волшебную, необыкновенную! Я её всю ночь выдумывал, еле-еле выговорил! ТИЛИМИЛИТРЯМДИЯ!
— Как?
— ТИЛИМИЛИТРЯМДИЯ! Там все ходят на голове и здороваются вот так, — Медвежонок стукнул лбом о землю. — ТРЯМ! Здравствуйте!
— Трям! Здравствуйте! — сказал Ёжик. А что мы подарим на день рождения Зайцу?
— Какому Зайцу?
— Нашему.
— Морковку.
— Съест, и всё.
— Капусту.
— Тоже… Придумал! — закричал Ёжик. — Подарим ему ромашки! Ведь ромашки — это маленькие солнышки! Заяц их засушит, и зимой каждый день у него будет новое солнышко на тоненькой ножке!
/2014/04/Tryam-Zdravstvujte.html
И Ёжик пошёл по поляне, собирая ромашки, и Медвежонок вверх тормашками пошёл следом.

Глава вторая,
в начале которой Ёжик с Медвежонком поют песню, посередке ссорятся, а в конце — появляется Волк

Они шли, собирая ромашки, по солнечной поляне — впереди Ёжик, за ним — Медвежонок.
Раз — ромашка,
Два — ромашка! —
бормотал Ёжик.
— Три — ромашка! — крикнул Медвежонок. — Смотри, песенка получается!
И запел:
Раз — ромашка,
Два — ромашка,
Три — ромашка!
Пять — ромашка,
Шесть — ромашка…
— Семь — ромашка! — подхватил Ёжик.
— Погоди! — сказал Медвежонок. — Четвёртую надо сорвать. И потом: «семь — ромашка» не пой. Пой «семь». Понял?
— Не-а, — сказал Ёжик.
— Ну, ты поёшь: «семь — ромашка»!
— Пою.
— А у нас в ТИЛИМИЛИТРЯМДИИ поют:
Пять — ромашка,
Шесть — ромашка,
Семь!..
— В Тилимилитрямдии? А где она?
— Везде, — сказал Медвежонок и повёл лапой. — Она большая! Трям!
— Что?
— Я же говорил: ТРЯМ — по-тилимилитрямскому значит «здравствуйте!»
— Ага, — сказал Ёжик. — А почему нельзя «семь — ромашка»?
— Фу-ты! Ну, чтобы песня была! Повтори.
— Фу-ты! Ну, чтобы песня была! Повтори, — сказал Ёжик.
— Ну как ты не понимаешь? — рассердился Медвежонок:
Пять — ромашка,
Шесть — ромашка,
Се-е-емь!
— Ладно, — сказал Ёжик. — Давай сначала!
И они стали петь снова:
Раз — ромашка,
Два — ромашка,
Три — ромашка, —
повёл Медвежонок.
Пять — ромашка,
Шесть — ромашка,
Семь, —
спел Ёжик.
— Правильно! Теперь пой дальше! — крикнул Медвежонок.
— А я не знаю, как дальше: я только до десяти считать умею.
— Пой… как-нибудь!
— Как-нибудь? — обрадовался Ёжик. — Ладно!
И пошёл по залитому солнцем лугу, радостно крича:
Там — ромашка,
Сям — ромашка,
Ква!
— Как? «Ква»? Мы же не лягушек собираем, a цветы!
— Ну и пусть, — сказал Ёжик. — Приедем в Тили-мили…
— Трямдию! — подхватил Медвежонок. — Трям! Здравствуйте!
— Нас встретят!
— Покормят!
— Спать положат.
— А утром проснёмся — и назад!
— С Зайцем! — сказал Ёжик. — Ему будет очень приятно…
— Где Заяц? Какой Заяц? — завертел головой Медвежонок.
— Ему будет очень приятно, — повторил Ёжик.
И тут в чистом небе вдруг появилось облако, лёгкое, пушистое, как барашек, и кто-то на этом облаке тоненьким, заоблачным голоском запел:
Облака — белогривые лошадки…
— Это ты поёшь? — спросил Ёжик.
— Не-а.
А облако-барашек превратилось в лошадку, и лошадок этих уже стало несколько. Они скакали по небу и пели:
Облака — белогривые лошадки.
Облака, что вы мчитесь без оглядки?..
— Вот бы на этих лошадках, — и прямо в твою страну, — сказал Ёжик.
— Угу, — кивнул Медвежонок.
— Прямо к ужину.
— Угу, — кивнул Медвежонок.
— С Зайцем! — не отрывая глаз от лошадок, сказал Ёжик.
— Да что ты ко мне со своим Зайцем привязался? Ты с кем дружишь — со мной или с Зайцем?
— С тобой… И с Зайцем.
Из-за дерева на краю поляны выглянул Волк.
— Ага! Друзья, значит, — осклабился Волк. Ну-ну!..
— Да что ты ко мне со своим Зайцем привязался? — кричал Медвежонок. — Он лягушек боится!
— Кто? Заяц? Заяц никого не боится!
— Хы! — хмыкнул Волк.
— Тилимилитрямдию я выдумал! — свирепел Медвежонок. — И я дружу с тобой! Понял?
— А со мной без Зайца дружить нельзя! Понял?
— Трям! Понял! Забирай свои ромашки, я пошёл!..
— Куда же ты?
— В Тилимилитрямдию!
И Медвежонок ушёл.
А из-за дерева, растопырив лапы, выскочил Волк.
Ёжик кинулся влево, вправо, понял, что убежать не сможет, свернулся в клубок.
— Ха-ха-ха! — тихонечко так рассмеялся Волк. — Должен вам сказать, за вашим Зайцем я всё утро бегал, но… не догнал. А теперь он сам ко мне явится с повинной, можно сказать, головушкой. Здравствуйте!
— Жди! — прошипел из клубка Ёжик.
— Что вы сказали? Не грубите мне, дружочек, не грубите! — И Волк, галантно заметая хвостом, покатил Ёжика. — Колоться не надо, не надо… Вот так — кочечка, а так — пенёчек, а мы — сторонкой, стороночкой…
Облака — белогривые лошадки.
Облака, что вы мчитесь без оглядки?.. —
тоненьким, заоблачным голоском, почти неслышно донеслось до Ёжика откуда-то сверху.

Глава третья,
в которой Заяц попадает в заграничную иностранную страну

Лёгкие пушистые лошадки проскакали по чистому небу, и всё смолкло.
Куда Волк укатил Ёжика — неведомо.
А на краю поляны появился Медвежонок то ли с ковром, то ли с половиком, то ли со свёрнутой рулоном тряпочкой на плече.
Он раскатал рулон — это действительно оказалась тряпочка. И, надо сказать, вылинявшая такая тряпочка, на которой разноцветными кривыми буквами было выведено:
Т И Л И М И Л И Т Р Я М Д И Я
Медвежонок развесил тряпочку между двумя деревьями: то есть конец тряпки привязал к сучку одного, спрыгнул, вскарабкался с концом тряпки в зубах на другое, — и тут появился Заяц.
— Здорово, Медведь! Давай помогу, — сказал он.
— Не надо, я сам, — с тряпкой в зубах пробурчал Медвежонок.
— Да ты один не справишься.
— Справлюсь, — рявкнул Медвежонок, и, конечно же, конец тряпки упал на траву.
Заяц нагнулся, подал.
Привязав другой конец к дереву, Медвежонок спрыгнул на землю:
— Ну вот… Вот я и в Тилимилитрямдии!
— Где?
— В Тилимилитрямдии!
Медвежонок стукнул лбом о землю:
— Трям! Здравствуйте!
— Медведь, чего это ты? — изумился Заяц.
— Я не Медведь, — важно сказал Медвежонок. — Меня зовут Жежижешь.
— Ж-ж-ж!.. — передразнил Заяц. — Ладно, где Ёж?
— А вы… кто такой?
— Я? Да ты что? Я — Заяц!
— Не знаю, — сказал Медвежонок. И отвернулся.
— Чего-о?.. Протри глаза-то! — Заяц запрыгал по поляне вокруг Медвежонка.
— Для меня — вас нет, — сухо сказал Медвежонок.
— Меня? А кто тебе тряпку помогал вешать?
— Вы кто?
Заяц аж задохнулся.
— Вы знаете, где вы находитесь? — строго спросил Жежижешь. — Вот! Читайте!
И Заяц стал читать по складам тряпочку.
— ТИ-ЛИ…
— Угу.
— МИ-ЛИ…
— Ага.
— ТРЯМ-ДИ…
— Верно!
— ТИ-ЛИ МИ-ЛИ ТРЯМ-ДИ… ТРЯМЫ! — уважительно сказал Заяц. — Много их?
— Читайте-читайте!
— ТИЛИ-МИЛИ-ТРЯМДИ… Я…
Заяц задумался и вдруг радостно закричал:
— Тилимилитрямы и я! Вот здорово! Они, трямы, и я — Заяц! Это вы с Ежом мне на день рождения придумали?
— Вы находитесь в заграничной иностранной волшебной стране ТИЛИМИЛИТРЯМДИИ! — торжественно сказал Медвежонок. — Сейчас будем проверять чемодан.
— Какой чемодан? — Заяц оглянулся.
— Что ж, выходит, ты… то есть вы отправились в путешествие без чемодана?
— Без… Без какого чемодана? — заорал Заяц. — Я как вышел — Волк, я — дёру, он — за мной. Пол-утра бегал!
Медвежонок взял кусочек бересты, палочку, строго спросил:
— Имя!
— Что?
— Ваше имя? — ещё строже спросил Медвежонок.
— Моё имя… — Заяц вытаращился.
— Как вас зовут?
— Зовут?..
Заяц прыгнул, присел, прижал уши и вдруг закричал:
— Заяц! Да ты что? Да это же я, Заяц!
Медвежонок записал.
— Отчество!
Заяц зажмурился.
— После имени идёт отчество, — пояснил Медвежонок. Мы, например, Потапычи. А вы?
— Мы? — Заяц повертел башкой и вдруг весело крикнул: — А мы — без отчества! Заяц и всё!
— Ладно, — записал Медвежонок. — От кого происходите?
Заяц опять затряс ушами.
— Родители кто?
— Папа… Мама… Слышь, Медведь? — шёпотом спросил Заяц. — Ты что, а? Мы же — зайцы!
— Чем болели?
— А ничем! Ха! Ха! Здоровые! Вот! — Заяц стал приседать, выбрасывая лапы.
— А свинкой?
— Что я, поросёнок?..
— Сколько лет?
— Мы ещё не старые! — Заяц развеселился.
— С какой целью прибыли в нашу заграничную иностранную страну?
Заяц затряс ушами.
— Зачем?
Заяц затряс ушами сильнее.
— Как здесь очутились?
— Очутился… — Заяц оглянулся. — От Волка сбег, бежал к Ежу, тут — ты!..
Медвежонок записал.
— Откуда прибыли?
Заяц кивнул за спину:
— Оттуда.
— Награды имеете?
— Награды… — Заяц стал оглядывать Медвежонка, себя, поляну.
— Хвалил кто?
Заяц смутился:
— Ёж. Когда я его из речки вытащил. Очень, говорит, ты мне друг!
— Трям!
— Что?
— Та-ак, по тилимилитрямскому не понимаете, — Медвежонок пометил в бересте.
— А что это — трям? — спросил Заяц.
— Трям — по-тилимилитрямски значит — здравствуйте! Тилимилитрямдия — большая страна, — Медвежонок повёл лапой. — В ней много рек, озёр…
Заяц завертел головой.
— Есть горы, — продолжал Медвежонок, — и её омывают моря. Все, кто живут, — тилимили…
«Млянды», — про себя подумал Заяц.
— Ёжики, зайцы, медвежата — все тилимилитрямские. Я эту страну сам выдумал!
— Сам?! — Заяц сел, прищурившись. — А как будет в этой стране Заяц?
— Глюк.
— Как?
— Глюк. Как маленький глоточек прохладного.
— Это я-то?
— Ну да! Ведь вы — бежите. Значит, вас овевает ветерок. Вы — прохладный…
— Скажи ещё раз.
— Глюк.
— Красиво. А — Медведь?
— Я же говорил: Жежижешь.
«Жежа», — подумал про себя Заяц.
— Это потому, что очень жарко, и пчёлы вокруг так и жужжат, так и жужжат…
— А Ёж?
— Храп!
— Почему?
— Храпит, — просто сказал Медвежонок.
— А Волк?
— В Тилимилитрямдии волков нет.
— А наш? — сглотнул Заяц.
— Наш — ненастоящий, потому что он — здесь, а мы — там.
— Он — здесь, а мы — там… — вникая, повторил Заяц. — Ага! — И протянул Медвежонку лапу. — Ну, трям! Здорово! А надолго здесь эта страна?
— Трям! — пожал лапу Зайцу Медвежонок. — Может, надолго, а может, нет. Вас это не касается!
— Как не касается! Ведь в твоей стране волков нет!
— Нет.
— Значит, мне эта страна во как нужна! И что ты такой… — сказал Заяц. — Ну… целую страну выдумал, а злой!
И умчался.
А Медвежонок, оставшись один, подумал: «А Заяц-то — ничего, сообразительный».
Заяц высунулся из куста с другого конца поляны и крикнул:
— Эй, Жежа! Если ты не совсем это… — Заяц повертел лапой у виска. — Увидишь Ежа… Ой, что я — Храпа! Скажи: Заяц, то есть Глюк, мол, спрашивал! — И пропал.
А Медвежонок снял с деревьев и стал сворачивать «ТИЛИМИЛИТРЯМДИЮ», бормоча:
— Пойду поищу Ёжика. Скажу: а Заяц-то — ничего! — Медвежонок положил свёрнутую в рулон «ТИЛИМИЛИТРЯМДИЮ» на плечо и пошёл.
— Вот, кажется, тряпочка и всё, — бормотал Медвежонок, — а как подумаешь — целая страна — тяжело!
И скрылся за деревьями.

Глава четвёртая,
в которой Волк приколачивает объявление

А Волк катил, катил по лесу Ёжика и выкатил его на большую поляну.
— Сюда, сюда, пожалуйста, — говорил он Ёжику, останавливаясь у дерева. — Теперь — отдохните немного.
Волк достал из-за пояса молоток, из кармана — гвозди, из мешка — дощечку.
— Сейчас прибьём объявление и пойдём дальше. Только не вздумайте бежать, дружочек, я вас всё равно догоню!
Волк застучал молотком.
— Не криво? — отошёл немного.
Ёжик молчал.
— Что же вы молчите, дружочек? Смотрите, как славно получается!
И Волк, выставив вперёд когтистую страшную лапу, упёрся верхними лапами в бока и вскинул голову.
— Хи-хи! — хихикнул Ёжик.
— Кто-то сказал «хи-хи», или мне показалось?
Ёжик не ответил.
А Волк снова вскинул голову и громко торжественно продекламировал:
— ПОЙМАЛ ЕЖА. ТРЕБУЕТСЯ ЗАЯЦ. ВОЛК! Хорошо, а? Скоро явится.
Ёжик молчал.
— Молчите, молчите, дружочек, это ваше право. А Зайчик-то скоро явится.
— Так он к тебе и прибежит, — тихо сказал Ёжик.
— Прибежит, прибежит — никуда не денется! — хохотнул Волк и уселся под деревом. — Заяц прост, как сучок, — где ему друга в беде бросить? Давайте рассуждать: вы — пойманы, вы — в плену. Так?
Ёжик молчал.
— Нехорошо, дружочек. Я с вами беседую, а вы молчите.
— Ну, так, — сказал Ёжик.
— Вот это по-нашему, это — по-волчьи, — развеселился Волк. — Я – спрашиваю, вы — отвечайте. Вы — пойманы, вы — в плену, а Заяц…
— Что? — спросил Ёжик.
— Я за ним всё утро бегал. А разве это хорошо, не позавтракавши по полям прыгать?
Ёжик ничего не сказал.
— Правильно! И я так думаю: нехорошо это, — осклабился Волк. — А теперь он сам явится.
— Жди! — сказал Ёжик.
— А вот поглядим! — Волк поднялся. — Ну, идёмте, идёмте, не будем Зайчику мешать: вон сколько ему надо букв прочитать, а он — малограмотный.
И Волк укатил Ёжика с поляны.

Глава пятая,
в которой Заяц решил пожертвовать собой ради друга

Только Волк укатил Ёжика с поляны, как появился Медвежонок с «ТИЛИМИЛИТРЯМДИЕЙ» на плече.
— Вот, кажется, тряпочка и всё, а как подумаешь — целая страна — тяжело! — пробормотал Медвежонок и скинул «ТИЛИМИЛИТРЯМДИЮ» на траву.
— Ёжи-и-ик! Ё-ёжи-ик! — закричал он. — Отзовись! Да что же он, по-настоящему обиделся, что ли? — Медвежонок сел на траву, привалился спиной к дереву с волчьим объявлением и задрал голову.
И тут же в чистом голубом небе появились пушистые облака. Они скакали под самым куполом и легко, весело пели:
Облака — белогривые лошадки.
Облака, что вы мчитесь без оглядки?..
— Эх!.. — вздохнул Медвежонок, взвалил волшебную страну на плечо и ушёл.
И тут же на поляну выскочил Заяц. Не видя волчьего объявления, он закричал:
— Ёж! Ёж! То есть Храп! Где же ты? — Подпрыгнул, прижал уши, сказал сам себе: «Глюк! Надо же! Хи-хи!»
И умчался.
А на поляну выбежал Ёжик.
Он кинулся к объявлению, дёрнул, дёрнул ещё раз, но оторвать волчьей доски не смог. А следом выскочил Волк.
— Не под силу вам это, дружочек, не под силу, показывая страшные зубы, улыбался Волк. Песенку сочинить — да, стишок какой — пожалуйста! А объявление, Волком приколоченное, оторвать — не те жилки! Ну, ну, будет!
И он схватил Ёжика когтистой лапой, накинул петлю, дёрнул за поводок:
— Вот так-то лучше!
— Пусти! Пусти меня! — крикнул Ёжик, выскользнул из петли и спрятался за деревом.
— Голубчик! — захохотал Волк. — Дружочек, куда же вы? От моих лап, от моего нюха разве вам убежать?
И помчался по опушке, заглядывая под деревья и кусты.
— Прячетесь? — вкрадчиво говорил Волк. — А кто же со мной разговаривать будет, когда я стану Зайчика есть? Ну, пожалуйста, прошу вас! — И заглянул за дерево, под которым прятался Ёжик.
Но Ёжик ускользнул,
— Но я же слышу: вами пахнет! — сказал Волк. — Где вы?
И они стали ходить друг за другом вокруг столетнего дуба.
— Так. И здесь нет, — бормотал Волк. — И здесь. Ладно. Отдохнём под кустиком. Вы ведь, я знаю, высунетесь.
И только Волк спрятался под кустом, как появился Заяц.
— Ёж! Ёж! Храп! — крикнул Заяц. И встал, как вкопанный.
— Да куда же он подевался — ведь день рождения у меня!.. — бормотал Заяц, глядя на приколоченное к дубу волчье объявление и ещё не соображая, что всё это значит. — Ведь день рождения у меня!.. — медленно повторил Заяц и привстал на задние лапы, чтобы лучше видеть.
— П… О… Й… ПОЙ… — по буквам прочитал Заяц. М… А… Л… ПОЙ-МАЛ. Так: поймал! Кто поймал? Кого поймал? — Заяц обернулся, стал читать дальше: — ПОЙМАЛ Е… Ж… А… ЕЖА! Ой! — вскрикнул Заяц.
И тут из-за дуба высунулся Ёжик и тихо сказал:
— Беги, Заяц! Здесь Волк!
И скрылся.
— Где Волк? Кто со мной говорит? — вскрикнул Заяц. — Эй! Кто здесь есть? Послышалось, наверное…
И Заяц стал читать волчье объявление дальше: — Т… Р… Е… ТРЕ-БУ-ЕТ-СЯ 3… А… Я… ЗАЯЦ. Требуется Заяц! Ага! «Поймал Ежа, требуется Заяц». Кто поймал? Где?
И Заяц запрыгал по поляне, заглядывая под кусты, и остановился прямо перед кустом, за которым сидел Волк.
— Ёж! Ёж! Храп! Ё-жи-и-ич-ка-а!.. — вдруг заверещал Заяц и — прыгнул.
А Волк за кустом, судорожно сглотнув, сел и так и остался сидеть, поглаживая себя лапой по голове:
— Терпение, терпение…
Почему Волк не выскочил, не схватил Зайца, он и сам не знал…
А Заяц прискакал обратно к объявлению и, обмирая, прочёл:
— В… О… ВОЛК! Что же теперь? — тоненько заверещал Заяц. И тут же услышал:
— Беги!
Это Ёжик из-за дуба тихо сказал:
— Беги, Заяц!
Заяц прыгнул в сторону, но остановился:
— Кто-то так и шепчет в ухо: беги, Заяц! А как бежать-то, когда друг в беде?!
— Беги, Заяц! — снова шёпотом сказал Ёжик.
— Вот! — Заяц отпрыгнул. — Опять! В самое ухо!
И Заяц кинулся было наутёк, но вернулся:
— Нет! Надо выручать Ежа!
И, сам не понимая, что делает, вдруг громко закричал:
— Э-эй! Во-олк! Я ту-ута!
Волк за кустом дёрнулся, но смолчал.
«Ещё успеется. Ещё не время», — уговаривал себя Волк.
— Во-олк! Слышишь, что ль? Отзовись! — вопил Заяц и, чтобы не было так страшно, про себя думал: «Да что он мне? Всё равно съест. А Ежа выручу».
И Заяц закричал ещё громче:
— Во-о-о-о-олк!
Ёжик, высунувшись из-за дуба, дёрнул Зайца за лапу:
— Беги, Заяц!
По Заяц уже ничего не слышал, не чувствовал, он летел по поляне, крича:
— Во-о-о-о-олк!
И — пропал.
И тут же с «ТИЛИМИЛИТРЯМДИЕЙ» на плече на поляну вышел Медвежонок. Левой лапой он придерживал волшебную страну, а правой, приседая, срывал ромашки.
Раз — ромашка,
Два — ромашка,
Три — ромашка! —
пел Медвежонок.
Остановился и закричал:
— Ёжи-и-ик!
Но никто не ответил, и Медвежонок пошёл, собирая ромашки, дальше:
Там — ромашка,
Сям — ромашка,
Ква!
Он сделал ещё шаг и — наткнулся на Волка.
— Ой! — ойкнул Медвежонок и отпрыгнул в сторону. — Ф-фу-у… Старый пень, а до чего же похож на Волка!
И, оглядываясь, пошёл к старому дубу посреди поляны, вскарабкался по сучкам и развесил на ветвях волшебную страну.
— Это не пень, это — Волк! — тихо сказал Медвежонку Ёжик. — Беги!
И тут на поляну с криком выскочил Заяц.
— Во-о-о-о-о-о-олк! — орал Заяц и, увидев Медвежонка, встал, как вкопанный: — Жежа?
— Глюк? Вы что тут делаете? — спокойно спросил Медведь.
— Читай! — захлебнулся криком Заяц.
И Медвежонок по складам прочитал волчью писульку.
— Поймал Ежа, — оглядываясь, повторил Медвежонок. — Требуется Заяц.
— Вот! Требуется Заяц! — подхватил Заяц. Так вот он я! Выпусти Ежа — вот он я! — И полетел по поляне, ещё громче крича: — Во-о-о-о-о-олк!
— Стой! — крикнул Медвежонок.
Подошёл к Зайцу, тихо сказал:
— Ты даже не знаешь, какой ты друг, Заяц…
И протянул Зайцу ромашки.

Глава шестая,
в которой на миг возникает Тилимилитрямдия — волшебная страна, в которой нет волков

Заяц, потупившись, стоял, прижимая к груди ромашки, а Медвежонок заглянул за дерево и позвал:
— Ёжик, выходи!
— Что ты! — Ёжик замотал головой, показывая на Волка.
— Выходи! Не бойся! В моей стране волков нет! — убеждённо сказал Медвежонок.
— А этот?.. — появляясь, спросил Ёжик и снова показал на Волка.
— Этот — ненастоящий. В Тилимилитрямдии волков нет! Читай!
И Ёжик по складам прочитал: «ТИ-ЛИ-МИ-ЛИ-ТРЯМ-ДИ-Я»!
— Ура! — крикнул Ёжик. — Тилимилитрямдия! Ой, Медвежонок! Какой же ты молодец!
— В моей стране волков нет! — повторил Медвежонок. А Ёжик обнял Медвежонка и кинулся к Зайцу:
— Здравствуй, Заяц!
— Глюк, — растерянно сказал Заяц. — Если… эта… теперь… здесь… Я — Глюк.
— Он — Глюк, ты — Храп, а я — Жежижешь, — закивал Медвежонок.
— Поздравляю тебя с днём рождения, Глюк! — крикнул Ёжик. — Вот тебе от меня маленькое солнышко на тоненькой ножке. — И протянул Зайцу ромашку.
А Заяц, прижимая к груди ромашки, глядел на Волка, на друзей, на «ТИЛИМИЛИТРЯМДИЮ» — сморщенную страну на ветвях векового дуба, снова на Волка и, наконец, махнув лапой, крикнул:
— Если Волк не Волк, а мы — в «ТИЛИМИЛИТРЯМДИИ», тогда… тогда…
И он кинулся обнимать Ёжика и Медвежонка:
— Здравствуй, Храп! Это ты мне в самое ухо кричал: «Беги, Заяц!»?
— Ага! Ага! — кивал Ёжик.
И пошло веселье! Взявшись за лапы, друзья принялись плясать вокруг «ТИЛИМИЛИТРЯМДИИ» — волшебной страны, прямо перед самым носом у Волка.
— Пляшите и пойте — у нас нет волков! — кричал Медвежонок.
— Нет волков! — кричал Ёжик.
— Нет! — орал Заяц.
А Волк всё поглаживал себя лапой по голове и вдруг пружиной вылетел на поляну.
— ВОЛКОВ НЕТ?! — страшно зарычал Волк. И завертелась, замелькала карусель.
Через поляну проносились Ёжик, Заяц, Медвежонок, а за ними, между ними, впереди них — Волк.
— ВОЛКОВ НЕТ?! — рычал он.
Наконец Волку удалось схватить Медвежонка.
— Не трогай меня! Не трогай! У нас волков нет! — кричал Медвежонок.
— А Я КТО?! — Волк сжал Медвежонку лапу.
— Ой! Больно! Волк! Бегите все! Во-олк! — задохнулся Медвежонок.
Но тут подлетел Ёжик:
— Пусти! У нас — республика!
— Я ВАМ ПОКАЖУ РЕСПУБЛИКУ! — рычал, утаскивая Медвежонка, Волк. — Я ВАМ ПОКАЖУ — МЕНЯ НЕТУ!
Но тут Заяц ударил Волка головой в живот. Волк упал, Медвежонок вырвался, — и снова завертелась карусель.
На секунду остановившись, Волк погладил себя лапой по голове:
— Спокойствие, спокойствие… Прямо воздушный бой какой-то…
И вдруг, задёргавшись, будто строчит из пулемёта — д-д-д-д-д-д! — пропал в карусели.
Топот, крики, рычание Волка, вопли птиц, кружившихся над поляной, смешались в один неумолчный вой, а тут ещё собрались тучи, грохнул гром, и всё это стало походить на настоящее сражение.
В этой карусели Волку удалось снова схватить Ёжика.
— ХА-ХА-ХА! — захохотал Волк, и молния озарила его страшные зубы. — Я ВАМ ПОКАЖУ — МЕНЯ НЕТУ!! — И потащил Ёжика в глубину леса.
Хлынул дождь.
И сквозь дождь и раскаты грома Медвежонок с Зайцем услышали:
— Друзья! Не бойтесь! Он меня не съест! Он меня не съест! Он меня не съест!..
— Эх ты, Жежа! — сказал Заяц, с него струйками стекала вода. — «ТИЛИМИЛИТРЯМДИЯ»! Волков нет! Я тебе поверил, а ты…
Вновь грянул гром, блеснула молния, Заяц прыгнул, замелькал между деревьями, и до Медвежонка донеслось:
— Держись, Храп!!!
А мокрый взъерошенный Медвежонок сел в траву и заплакал:
— Зато какая страна!.. — всхлипывая, бормотал Медвежонок.

Глава седьмая,
в которой Медвежонок решил бросить выдуманную страну

Дождь хлестал не переставая, а Медвежонок всё сидел посреди поляны и плакал.
Но тучи вдруг так же быстро рассеялись, блеснуло солнце, и по чистому небу побежали белые пушистые облака.
Облака — белогривые лошадки… —
донеслось до Медвежонка, и он перестал плакать.
Прибежал Заяц:
— Сидишь? Чего ж ты сидишь? Бежим вызволять Храпа! — и помчался.
Медвежонок взвалил на плечо вымокшую «ТИЛИМИЛИТРЯМДИЮ», побежал следом.
— Брошу я её, — сказал он, поравнявшись с Зайцем.
— Кого?
— Тилимилитрямдию.
— Как — бросишь?
— Тяжело. — Медвежонок остановился. — Зря я её выдумал!
— Ты что? — остановился и Заяц. — Страну без волков?!
— Устал… — сказал Медвежонок.
— Выдумал — неси! — вскипел Заяц.
И они помчались через сверкающий лес вызволять Храпа.

Глава восьмая,
в которой попадает в плен Медвежонок

Волк привязал Ёжика к дереву перед своим домом, а сам стал сервировать пень у крыльца.
— Вот та-ак… — бормотал Волк. — Сюда — веточку, а сюда — цветочек!
Он сорвал ромашку и стал искать, куда бы её поставить:
— Да что же это? Только что была…
Волк ушёл в дом и вернулся с вазочкой в лапе.
— Вот! Очень украсит наш стол. То есть пень… Та-ак… — Волк потёр лапы. — Скоро и Зайчишка пожалует! Никуда он от нас не денется.
И Волк стал ходить, любуясь своей работой. А Ёжик грустно-грустно запел:
От заката до заката
Ходит по лесу Медведь,
Ходит по лесу Медведь,
Просит птичек не шуметь.
Я, Медведь, хожу, хожу,
Я и так весь лес бужу…
— Нет! Так не пойдёт! — усаживаясь в кресло, сказал Волк. — Поговорим о Тилимилитрямдии! Ведь это не шутка — страна! А вы — республика! Тряпку повесили и всё!
От заката до заката, —
пел Ёжик.
— Молчать! — щёлкнул зубами Волк.
Ходит по лесу Медведь…
— Тихо!
Ходит по лесу Медведь,
Просит птичек не шуметь.
— Ах, так? — Волк вылез из кресла, накрыл Ёжика корзиной. — Так-то лучше будет!
Вы на веточках сидите,
Почему же вы шумите? —
сквозь прутья корзины пел Ёжик.
Волк вынес бараний тулуп, накрыл корзину.
— Теперь пой, сколько влезет! — И, довольный, сел в кресло у пня. — Та-ак, вилочка, ножичек, веточка, цветочек. Сейчас и Зайчик пожалует.
Но вместо Зайца на поляне перед волчьим домом появился Медведь.
— Волк! — сказал Медвежонок, воткнул в землю две палки и развесил на них «ТИЛИМИЛИТРЯМДИЮ». — Я, Медвежонок, и все медвежата, зайцы, ёжики…
— И волки, — осклабился Волк.
— И волки Тилимилитрямдии требуют освободить Ёжика!
— И волки? — хмыкнул Волк. — Так у вас же волков нет!
— И волки! — упрямо повторил Медвежонок.
— О! С этого бы и начинали!
Волк взял в лапу пустую корзину, спрятал её за спиной:
— А где он? Где он, ваш Ёж, а? Может, здесь?
И Волк нагнулся, будто что увидел в траве. И Медвежонок нагнулся и стал искать вместе с Волком что-то невидимое — тут Волк и накрыл его корзиной.
— ХА-ХА-ХА! Коварство — первый волчий закон! — грубо захохотал Волк. — А теперь мы вас костыликами да к земле! — И он стал прибивать корзину. — ХА-ХА-ХА! Не угодно ли полюбоваться?
И — сдёрнул с Ёжикиной корзины тулуп.
— Ёжик! — крикнул Медвежонок.
— Жежижешь?
— Так-то лучше будет! — хохотал Волк. — Ну-с, а где Зайчик?

Глава девятая,
в которой заговорили грибы

И тут на поляну с грохотом выкатилась бочка.
— Ох! — охнул Волк. — Это ещё что? — И выдохнул: — Хы-ы!.. Простая бочка…
Бочка не шевелилась.
Волк подошёл, поскрёб когтем:
— Терем, терем, теремок, кто в тереме живёт?
Приложил ухо, послушал:
— Молчат!
Волк обошёл бочку со всех сторон:
— Закупорена! Та-ак… Молоток есть, где тут была моя стамесочка?
И ушёл в дом.
— Храп! Жежа! Где вы? Это я, Глюк! — донёсся из бочки глухой голос Зайца.
— Глюк! Заинька! Где ты? — вскрикнул Ёжик.
— Здесь я, здесь, в бочке! Ты куда, Жежа, побежал? Я ж тебе кричал: «Стой, погоди!» — и передразнивая Медвежонка: — «Милимили-трямдия! Милимилитрямдия!» Где вы хоть сидите?
— В корзинах, — сказал Ёжик.
— Мы — в корзинах, а он их прибил к земле, — сказал Медвежонок.
— Зубы ему заговаривайте.
— Тише! Волк! — шепнул Ёжик.
Играя стамеской и молоточком, на крыльцо вышел Волк.
— А распогодилось-то! — осклабился Волк. И запел:
От заката до заката
Ходит по лесу Медведь,
Ходит по лесу Медведь,
Просит птичек не шуметь.
Тьфу! Что это я?.. Та-ак. С какой стороны будем открывать?
И обошёл вокруг бочки.
— С этой или с той?
Поставил бочку на попа, снова поскрёбся когтем:
— Эй! Есть там кто?
— Есть, — глухим голосом сказал Заяц.
— Ох! — Волк схватился за сердце, — Ффу-у!.. Так и умереть можно.
— Храп, как по-твоему, кто там? — спросил Медвежонок.
— Наверное, грибы, — сказал Ежик.
— Опята!
— Опята разве так говорят? Опёнок вот как говорит…
И Ёжик спросил голосом Волка:
— ЭЙ! ЕСТЬ ТАМ КТО?
А потом тоненько:
— Е-есть! Понял? А так только старый гриб груздь скажет.
И Ёжик глухим голосом Зайца сказал:
— «Есть!» Грузди там, вот что!
— Грузди!.. — оттопырив губу, сказал Медвежонок. — Грузди, они — молчаливые. Станут они тебе с Волком разговаривать!
Волк снова поскрёб бочку когтем:
— Эй! Если вы грибы, то какие? Я только белые люблю!
— Мы — белые, — глухо сказал Заяц.
— Я же говорил! — крикнул Медвежонок. — Из груздя клещами слова не вытащишь!
А Волк приладил стамеску и принялся сбивать верхний обруч.
— Нас так открывать нельзя, — глухо сказал Заяц. — Надо, чтобы мы лежали.
— Друзья мои! Как скажете — так и будет. — Волк повалил бочку. — Белый грибок — эх! Единственно, что ещё люблю, — поесть!
И Волк стал сбивать обруч с лежащей бочки. А тем временем в противоположном конце дно повернулось, из бочки тихонечко выполз Заяц, аккуратно поставил дно на место, запер на колышки.
— Эх! Эх! Зайчик с грибной подливою! — лупил молотком Волк.
А Заяц пробрался вокруг пня к Ёжику и Медвежонку.
— Тсс! — сказал Заяц, приподнял корзину и отвязал от дерева Ёжика. — Тсс! — И выдернул костылики медвежьей корзины. — Сидите, как сидели! Я позову.
И спрятался за пень.
Я хожу, хожу, хожу, —
орал Волк, —
За порядочком слежу! —
и лупил молотком.
— Когда светит вкусно поесть, — сверкнул Волк жёлтым глазом, — глупею! Эх! Эх! Вот!
И высадил дно.
— Друзья грибочки! — торжественно сказал Волк. — Вы — свободны! Просим!
И заглянул в бочку.
— Эй! Где же вы?
Волк оглянулся.
Ёжик с Медвежонком сидели под своими корзинами.
— Эй, грибочки! — снова позвал Волк. — Да не может быть, чтоб!..
И засунул в бочку голову.
— Там, наверно, на дне какой… — сказал Ёжику Медвежонок.
— Кругленький такой, на крепенькой ножке! — подхватил Ёжик.
— Полезу посмотрю, — сказал Волк и полез в бочку.
Тут из-за пня выскочил Заяц и замахал лапами. Из-под своих корзин выбрались Ёжик с Медвежонком, и все трое кинулись к бочке, поставили её на попа и накрыли дном.
— Эй! Эй! Выпустите меня! — завыл Волк.
Но друзья уже сидели сверху и только подпрыгивали.

Глава десятая, и последняя,
в которой Волк становится музейной редкостью, а Ёжик, Заяц и Медвежонок отправляются на поиски Тилимилитрямдии, выдуманной страны

Волк колотился изо всех сил, но друзья сидели сверху и только подпрыгивали.
— ВСЕХ! СОЖРУ! НИКОГО! НЕ! ПО! ЖА! ЛЕ! Ю! — вопил Волк.
— Эх, не удержаться нам! — сказал Заяц.
— Что же делать? — спросил Медвежонок.
— Вон гвозди и молоток. Ёжик, беги!
— А вы?
— Беги, говорю! Прыгай! — крикнул Заяц. — И ты! — обернулся к Медвежонку.
— А ты?
— Прыгайте, кому говорят!
Ёжик с Медвежонком спрыгнули, а Заяц вскочил на края бочки, замахнулся дном и, когда Волк выскочил по плечи, так хватил его по ушам, что Волк нырнул в бочку.
Тут его и заколотили гвоздями.
— Всё! — бросил молоток Заяц.
— Уррра! — крикнул Ёжик.
— Уррра-а!.. — подхватил Медвежонок. А Заяц сел у бочки и закрыл глаза.
— Глюк! Ты не знаешь, какой ты друг! — сказал Медвежонок, когда они с Ёжиком устали плясать.
— Ты — самый-самый друг из всех на земле, — сказал Ёжик.
— Нет, Храп, нет, Жежа, это вы самые лучшие на земле друзья!
— Вот, — сказал Медвежонок. — Я дарю тебе «ТИЛИМИЛИТРЯМДИЮ»! — И протянул Зайцу тряпочку.
— Это такая страна, — сказал Ёжик. — Там все ходят на головах и говорят друг другу: «ТРЯМ! ЗДРАВСТВУЙТЕ!»
— А ещё мы дарим тебе ромашки! — сказал Ёжик. — Ты их, Глюк, засуши, и тогда в самые хмурые дни с тобой всегда будет солнышко на тоненькой ножке!
— Спасибо, Храп! Только не со мной, а с нами! Пусть оно освещает страну, которую выдумал Жежа!
— А ещё… мы с Ёжиком дарим тебе… бочку с Волком! — сказал Медвежонок.
И они подкатили бочку и поставили её перед Зайцем стоймя.
С «ТИЛИМИЛИТРЯМДИЕЙ» и ромашками в лапах, Заяц, чуть не плача, сказал:
— Храп! Жежа! Мне никто ещё никогда не дарил столько подарков. А… А зачем мне бочка?
— Будешь солить капусту.
— А куда Волка?
— Сдашь в музей.
— А кем он там будет?
И тут дно бочки приподнялось, и Волк высунул свою зубастую пасть.
— Музейной редкостью! — прохрипел Волк и поднял коготь. — Только, чур, лапами не трогать!
И дно бочки захлопнулось, бочка легла набок и укатилась. А Медвежонок заплакал.
— Мне горько, — всхлипывая, сказал он, — что в моей волшебной стране оказались волки.
— Не плачь, Жежа, — сказал Заяц. — Если ты её выдумал без волков, значит, где-то, пусть далеко-далеко, за морями и реками, но она такая и есть, а значит, мы её найдём.
И Глюк сорвал одуванчик и медленно стал подниматься в небо.
И Ёжик с Медвежонком на своих одуванчиках стали подниматься — следом за ним.
Прямо над ними плыло лёгкое облако.
Заяц забрался на него первым, потом — Ёжик, за ним — Медвежонок.
— Урра! — закричали все и поплыли искать Тили-милитрямдию, выдуманную страну.
Они летели над лугами, лесами и, обнявшись, пели песню, которую уже где-то слышали, но которую никогда ещё не пели сами:
Мимо белого яблока луны,
Мимо красного яблока заката
Облака из неведомой страны
К нам спешат и опять бегут куда-то.
Облака — белогривые лошадки,
Облака, что вы мчитесь без оглядки?
Не глядите вы, пожалуйста, свысока,
А по небу прокатите нас, облака.
Мы помчимся в заоблачную даль
Мимо гаснущих звёзд на небосклоне.
К нам неслышно опустится звезда
И ромашкой останется в ладони.
 Сергей Козлов

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *